суббота, 17 ноября 2018 г.

Два подхода к представлениям о сетях: «революционный» Латур и «традиционный» Кастельс


Статья опубликована: Шохов А. С. Два подхода к представлениям о сетях: «революционный» Латур и «традиционный» Кастельс / Александр Сергеевич Шохов. // "Гілея: науковий вісник": Збірник наукових праць. – 2018. – №132. – С. 166-170.





УДК  165.725/.822

Александр Шохов


+38 098 5803749

Соискатель кафедры культурологии

историко-философского факультета

Одесского Национального

Университета им. И.И.Мечникова

Два подхода к представлениям о сетях: «революционный» Латур и «традиционный» Кастельс

Аннотация

В статье сопоставлены термины «актор–сеть» из Акторно–Сетевой теории (АСТ) Бруно Латура и термин «сеть», используемый М.Кастельсом. «Актор–сеть» Бруно Латура представляет собой способ сборки социального. Сеть в таком понимании – это следы действий и решений акторов, которые сохраняются до тех пор, пока акторы поддерживают установленные в результате их активности ассоциации и связи. Акторы в АСТ одновременно являются и теми, кто осуществляет пересборку социального, и теми, из кого социальное пересобирается. При этом акторами могут быть как живые люди, так и вещи. «Сеть» М.Кастельса является вещественной инфраструктурой передачи коммуникативных данных. В статье показано, что различия в понимании термина «сеть» тесно связаны с особенностями исследовательских стратегий сравниваемых авторов и направлениями их научных изысканий. В статье предпринят сравнительный анализ терминологического аппарата М.Кастельса и Б.Латура, проанализированы термины «актор-проводник», «актор-посредник», «субъект», «коммуникация», «ассоциация», «общество», «коллектив», «политическое тело», «локализация», «панорама».




Ключевые слова: Латур, Кастельс, сеть, акторно-сетевая теория



Two approaches to representations of networks: "revolutionary" Latour and "traditional" Castells

Abstract

Bruno Latour’s concepts “actor-network” and Manuel Castells’ concept “network” are terms compared in this article. “Actor-network” concept from actor-network theory (ANT) is described as a way of reassembling the Social. Network can be interpreted as tracks of acts and decisions that are preserved as long as actors revive relevant associations and connections. Actors in ANT are reassembling the Social and at the same time they are the reassembling elements. Notion “actors” can mean not only living people, but things, thoughts, symbols etc. as well. “Network”, the concept from Network Society conception by Manuel Castells, is described as the physical infrastructure for communicative data transmission. The article shows how the differences in the meaning of concepts are closely connected with the authors’ research strategies particularities and their scientific research directions. The terminological constructions by M.Castells and B.Latour were compared, notions “actors-intermediaries”, “actors-mediators”, “subject”, “communication”, “association”, “society”, “collective”, “political body”, “localization”, “panorama” were analyzed.



Keywords: Latour, Castells, network, actor-network theory



Два підходу до уявлень про мережі: «революційний» Латур і «традиційний» Кастельс

Анотація

В статті зіставлено термін «актор–мережа» з Акторно-мережевої теорії (АМТ) Бруно Латура і термін «мережа», який уживає М. Кастельс. Конструкт Бруно Латура «Актор–мережа» є способом збірки соціального. «Мережа» в цьому контексті — це сліди дій та рішень акторів, що зберігаються доти, поки актори підтримують встановлені внаслідок їхної активності асоціації та зв'язки. Відзначено, що актори в АМТ водночас є і тими, хто здійснює перезбірку соціального, і тими, з кого соціальне відповідно i збирається. При цьому акторами можуть бути як люди, так і речі. «Мережа» М. Кастельса є речовою інфраструктурою передачі комунікативних даних. В статті продемонстровано, що різні трактовки терміну «мережа» пов’язані з особливостями дослідницьких стратегій вказаних авторів і напрямами їхніх наукових пошуків. Здійснено порівняльний аналіз термінологічного апарату М. Кастельса і Б. Латура, проаналізовано терміни «актор-провідник», «актор-посередник», «суб'єкт», «комунікація», «асоціація», «суспільство», «колектив», «політичне тіло», «локалізація», «панорама». Зафіксовано відмінність дослідницьких ракурсів відповідних концепцій мережі.



Ключові слова: Латур, Кастельс, мережа, Акторно-Мережева Теорія



В статье предпринята попытка сопоставить термин «актор–сеть» из Акторно–Сетевой Теории (АСТ) Бруно Латура с термином «сеть», который используется М.Кастельсом. Актуальность темы объясняется тем, что сети и связанные с ними философские конструкты привлекают внимание множества современных исследователей. Фиксирование различий значений ключевых терминов, применяемых авторитетными и известными авторами, становится ключом к пониманию их теоретических конструктов.



Вопросы Бруно Латура

Можно ли говорить о том, что социальное – это такое же вещество, как «деревянное» или «стеклянное»? Можно ли всерьёз утверждать, что общество состоит из этого вещества? [3, с.11]. «Кто еще действует, когда действуем мы? Сколько еще агентов участвует в действии? Почему я никогда не делаю то, что мне хочется? Почему все мы подчиняемся силам, которых не создавали?» [3, с.64].

Эти и подобные вопросы предстают в концепции Бруно Латура как своеобразный источник энергии для движения исследовательской мысли. Выбранный анализируемым автором специфический ракурс рассмотрения позволяет интерпретировать социальное как некоторую «сборку». Способы сборки могут отличаться: это могут быть сборки на основе религиозных или политических убеждений, на основе принадлежности к тому или иному кругу лиц, на основе общих экономических интересов и так далее. Но каждая из подобных сборок – это сборка социального, подразумевающая, что её кто-то осуществляет, и что эта сборка «собирается» из кого-то или из чего-то. Бруно Латур вводит понятие «акторов», которые одновременно являются и теми, кто собирает, и теми, из кого собираются коллективы.



          Термин «актор–сеть» в понимании Б.Латура

          По мнению Б.Латура сеть является инструментом сборки социального, следами акторов, тропинками в лесу неизвестного, которые зарастают и исчезают, если акторы не ходят этими же дорожками повторно. Необходимо отметить, что акторы – это не субъекты, вернее, не только субъекты: акторы могут быть и «не-людьми». Определяя понятие «актор», Латур пишет: «Актор –это то, что побуждается к действию множеством других. «Актор» в разделенном дефисом словосочетании «актор-сеть» – не источник действия, а движущаяся цель обширной совокупности сущностей, роящейся в его направлении» [3, с.68]. Это означает, что акторы, устанавливая ассоциации друг с другом («мне хотелось бы иметь возможность использовать слово «ассоциология»» [3, c. 21], – пишет Б.Латур), побуждают друг друга ко множеству действий. Акторы собирают социальное из самих себя, побуждая друг друга образовывать группы по самым разным основаниям, ставя друг друга в условия, в которых некоторые действия становятся для них более приемлемыми или более выгодными, предлагая возможности и соблазны, которые приводят к изменению первоначальных намерений.

          «Не-человеческие» акторы оживают, когда начинают использоваться  людьми. Примером могут служить архивные документы, которые лежали в забвении, пока какой-нибудь историк или архивист не обратился к их изучению, благодаря чему в обществе начало формироваться отношение к событиям, описанным в них, началось включение многочисленных акторов в различные группы, стали возникать связи, активировалась «пересборка» социального. Бруно Латур пишет, что по отношению к вещам как объектам социального акторно-сетевая теория (АСТ) сыграла «роль поцелуя Прекрасного Принца, нежно коснувшегося губ Спящей Красавицы» [3, с.105]. Нельзя сказать, что неодушевлённые объекты не участвуют в сборке социального, в то же время нельзя сказать, что они могут это делать вполне самостоятельно, лишённые внимания со стороны субъектов. Такими объектами социального, вплетёнными в многочисленные ассоциации, могут быть машины и механизмы, архитектурные проекты, процессы (например, процесс строительства), документы, идеи, тексты, произведения искусства, газетные новости и т.д.  Например, в последние годы активно разрабатываются частные приложения АСТ к анализу городской среды, она рассматривается как результат действия человеческих и нечеловеческих акторов, которые «продуцируют новую комплексную реальность городского развития» [4, с.142].

          Бруно Латур далёк от того, чтобы считать сеть тем самым веществом, из которого состоит социальное. Он также далёк от того, чтобы считать сеть чем-то, похожим на вещь, для него это скорее принцип сборки, инструмент, посредством которого сборка социального осуществляется. «Сеть — понятие, а не вещь. Это инструмент, помогающий в описании чего-то другого, а не предмет описания. Оно так соотносится с рассматриваемой темой, как сетка перспективы — с традиционной единственной точкой перспективы в живописи: проведенные первыми, линии помогают спроецировать трехмерный объект на плоский кусок холста… сеть - не то, что описывается в тексте, а то, что делает текст готовым принять смену акторов как посредников» [3, с. 184].

          Все акторы делятся в концепции Латура на «проводников» и «посредников». Акторы-проводники просто передают взаимодействия и транслируют связи, ничего не привнося в них от себя, акторы-посредники – напротив обогащают актор-сеть новыми и обновлёнными ассоциациями, создают новые связи.

          Для Бруно Латура сети существуют не в некоем абсолютном времени и пространстве, они локализованы по отношению к каждому актору, и существуют только потому, что актор своими решениями и действиями поддерживает установленные ранее связи (ассоциации) или прокладывает новые и обновляет старые.

          В АСТ действует принцип относительности (локальности), все события локализуются в пространстве-времени конкретного актора. АСТ требует, чтобы любые представления о глобальном (об обществе в целом, о какой–либо научной дисциплине, о некоем комплексном событии) были локализованы. Латур достигает этого, вводя термин «панорама». Смысл этого термина в том, что если некто демонстрирует общее видение чего–либо, то исследователь, работающий в логике АСТ, должен задать вопросы: «В какой комнате эту панораму показывают? Какова аудитория? Какими средствами она собрана и воспроизводится?». Это позволяет локализовать увиденное и понять, что панорама – не больше, чем искусно созданная иллюзия целого, не содержащая работающих связей и ассоциаций, не связанная с реальностью: «панорамы создают впечатление полного контроля над обозреваемым, хотя в каком-то смысле они слепы и ничто не входит и не выходит за их стены кроме заинтересованных или разочарованных зрителей» [3, с.263–264]. Ведь «никакое здание не видно целиком ни из какой точки в процессе его конструирования и использования» [3, с.251]. Так локализация, являющаяся неотъемлемым предписанием АСТ, делает ненаучным «обозрение в целом, общий взгляд». Взгляд на «общество» в целом и на «политическое тело» общества также выглядит с позиций АСТ, строго говоря, ненаучно. Панорамы можно сделать научными, только локализировав их, привязав к конкретному месту и установив те связи и ассоциации, которые они порождают, будучи воспринятыми акторами.

          Принцип локальности позволяет Б.Латуру различать понятия «политическое тело», «общество» и «коллектив». Природа различия, подчёркиваемая автором, состоит в том, что «политическое тело» и «общество» несут на себе печать неких предзаданных форм и искусственных конструктов: «Вопреки сказанному Платоном в «Государстве», есть не один, а как минимум три «Больших зверя»: Политическое тело,  Общество, Коллектив» [3, с.240]. Эти три «зверя» имеют разное происхождение. Политическое тело возникает для решения практических задач представительства во власти, проведения различия «свой–чужой» и т.п. Общество возникает как тень Левиафана, составленная из конструктивных элементов «классы», «поля», «субъекты» и т.п. И все эти предзаданные формы, если подходить с ними к реальности, могут привести к тому, что исследователь начнёт вписывать в них реальность, пренебрегая отличиями и нюансами. А это убивает подлинную науку. «Пока мы ищем за коллективом тень общества, а за обществом — тень Левиафана, никакая наука о социальном не может продвинуться вперед. Говоря еще более резко, или общество - или социология» [3, с. 229]. Коллектив, по мысли Б.Латура, – это одновременно и процесс и результат сборки, которая осуществляется посредством актор–сети. Этот процесс сборки может быть успешным или нет, коллектив может собраться или не собраться, но АСТ позволяет увидеть этот процесс. Следовать за акторами, – таково главное пафосное заявление АСТ. Ценность АСТ состоит в том, что «акторы и исследователи …всё время плывут в одной и той же лодке и играют одну и ту же роль — участвуют в образовании групп» [3, с.51]. Исследователи – тоже акторы, соединённые с другими акторами сетью динамически формируемых ассоциаций и связей, приводящие в движение других и приводимые в движение другими.

          Термин «сеть» у М.Кастельса

        Чрезвычайно интересная сетевая концепция Бруно Латура к сожалению, получила значительно меньшее распространение, нежели концепция М.Кастельса. М.Кастельс определяет сеть как «совокупность взаимосвязанных узлов… Узлы существуют и функционируют только как компоненты сетей. Сеть является единством, но не узел… В социальной жизни сети представляют собой коммуникативные структуры.» [2, с. 37]. Подобные взгляды кажутся весьма близки к традиционным системным представлениям, если вместо элементов системы рассматривать «узлы» сетей.

          В процессе сравнения исследовательских конструкций  М.Кастельса и Б.Латура становится очевидным, что для М.Кастельса сеть – это некая вещь, структура, а не инструмент. Из этого фундаментального различия вытекают другие особенности теоретических построений М.Кастельса.

          Теория общества М.Кастельса строится на фундаменте «теории производства общества Алена Турена…  и на теории структурации Энтони Гидденса» [2, с. 31]. Общества по М.Кастельсу «представляют собой противоречивые  социальные структуры, существующие в конфликтах и переговорах между  различными и часто противодействующими друг другу социальными акторами» [2, с. 31]. Понятие «актор» у М.Кастельса практически идентично понятию «действующий субъект». По М.Кастельсу, конфликты в обществе никогда не заканчиваются, а существуют в виде «временных соглашений и нестабильных контрактов, которые трансформируются в институты доминирования теми социальными  акторами, кто достиг выгодной позиции в борьбе за власть» [2, с. 31]. Исследователь формулирует гипотезу о том, что происходит переход к сетевому обществу, которое является обществом нового типа: «я помещаю свое понимание властных отношений в контекст нашего типа общества, которое понимаю как сетевое общество, относящееся к информационной эпохе так же, как индустриальное общество относилось к индустриальной» [2, с. 23].

          Для М.Кастельса сеть – это предмет, вещь, это зафиксированная в тех или иных формах структура коммуникаций между акторами, и само по себе тело социума. Можно сказать, что сеть – это один из анатомических принципов, описывающих устройство современных обществ. По М.Кастельсу общество как изучаемое целое состоит из иерархий и сетей. При этом в историческом прошлом иерархии оказывались эффективнее сетей, но сейчас, из–за высокой скорости обработки данных ситуация меняется и сети становятся эффективнее иерархий: «Действительно, сила сетей – в их гибкости, адаптивности и способности к самонастраиванию. Однако за определенной гранью размера, сложности и объема потоков в условиях доэлектронной коммуникационной технологии они оказываются менее эффективными, чем вертикально организованные командно-административные структуры» [2, с.39].

          Между узлами сети передаётся информация (этот термин понимается М.Кастельсом практически так же, как он понимался в работах Клода Шеннона), что создаёт потоки, проходящие через сеть и обрабатываемые в её узлах.

          Сети могут конкурировать друг с другом или сотрудничать. Сотрудничество обеспечивается коммуникацией (опять же, понимаемой в стиле К.Шеннона). Способность сети к коммуникации «зависит от существования кодов трансляции перевода, оперативной совместимости между сетями (протоколы  коммуникации) и от доступа к точкам соединения (переключатели)» [2, с.38].     М.Кастельс определяет сети как «комплексные структуры коммуникации» [2, с.38].

Любопытно, что М.Кастельс интерпретирует понятие «актор–сеть» Б.Латура как субъекта (против чего Б.Латур мог бы возразить): «я утверждаю, что во многих случаях обладатели власти сами являются сетями. Не абстрактными, лишенными сознания сетями, не автоматами: это люди, объединяющиеся вокруг своих проектов и интересов. При этом они не являются единичными акторами (индивидом, группой, классом, религиозным или политическим лидером), – пока исполнение власти в сетевом обществе требует сложного набора совместной деятельности, выходящей за рамки союзов, – но становящейся новой формой субъекта, близкой к тому, что Бруно Латур [Latour, 2005] прекрасно определил как «актор-сеть»» [2, c. 64]. Поскольку актор–сеть может быть формой активности коллектива акторов, возможно интерпретировать её как некоего «самособранного» коллективного субъекта. Однако, такая интерпретация АСТ Б.Латура выглядит искусственно суженной.

         





Констатация терминологических различий

          Столь различное понимание термина «сеть» у Б.Латура и М.Кастельса провоцирует на размышления о природе сетей и о значимости выбираемого исследовательского ракурса в получении результата.

          В то время как Кастельс воспринимает сеть в качестве комплексной структуры коммуникации, которая лежит в основе современных обществ и которая приобретает всё большее и большее значение для их функционирования и развития, Бруно Латур задаёт вопросы о достоверности самого социологического знания и о том, в какой степени мы можем доверять описаниям «общества в целом». Если М.Кастельс основывает своё понятие «сеть» на хорошо известных сегодня компьютерных сетях, которые представляют собой комплексные структуры, обеспечивающие коммуникацию (в Шенноновском понимании этого термина), то Бруно Латур говорит о том, что сеть – всего лишь инструмент пересборки коллектива, всего лишь то, что помогает описывать открывающиеся аспекты реальности, не претендуя на «всеобщность» такого описания.

          Сетевая конструкция М.Кастельса отличается ясностью, чёткостью и, в определенной мере, - традиционностью. Описания Б.Латура сложны и непривычны, он откровенно признается, насколько трудно быть теоретиком, вступившим на путь АСТ. Для Б.Латура ничто не является предзаданным и определённым, всё подвергается сомнению и анализу, по отношению к каждому понятию и термину задаются вопросы, каждое суждение «локализируется», тщательно рассматриваются связи, которые поддерживаются акторами. При этом Бруно Латур основывается на предположении, что ответов о том, какова истина нет ни у исследователей, ни у акторов: «Факт в том, что ответов нет ни у кого, поэтому эти ответы нужно формировать, стабилизировать и пересматривать сообща» [3, с.194]. Латур почти не говорит о коммуникации между акторами, для него «коммуникация» не является ключевым понятием, как, к примеру, для Н.Лумана. Однако, связи и ассоциации, устанавливаемые акторами, создают сеть, в которой эти акторы могут коммуницировать друг с другом, правда сеть не становится коммуникативным каналом, как это декларируется у М.Кастельса. Сеть Б.Латура живёт самостоятельно, хотя коммуникативное взаимодействие между акторами и устанавливаемые ими ассоциации могут влиять на ее конфигурацию.

          Акторы М.Кастельса весьма существенно отличаются от акторов Б.Латура. Б.Латур уделяет много внимания тому, чтобы подчеркнуть,  что акторы могут быть «не-человеками» и тому, что происходит постепенная гибридизация акторов-людей [5, с.11], для которых вещи зачастую становятся их неотъемлемым атрибутом (человек–смартфон, человек–автомобиль, человек–библиотека и т.д.). М.Кастельсу эти тонкости не кажутся важными и заслуживающими внимания. Его интересуют более практические вопросы: как влиять на человеческое сознание и как осуществлять власть в сетевом обществе. Его актор – это субъект действия: «Понятие «актор» отсылает ко множеству субъектов действия (т.е. действия  индивидуальные, коллективные, организаций, институтов и сетей). В конечном счете, однако, все организации, институты и сети – результат действий человеческих акторов, даже если это действие было  институционализировано или вызвано процессами, происходившими в прошлом» [2, с.27].

          Требование АСТ локализовать любые «общие» представления, будучи применено к двум изучаемым авторам, позволяет говорить о «локальных пространствах смысла» (термин Л.Н.Богатой) [1, c.215]. Можно сказать, что каждый автор строит собственный терминологический космос, в котором сеть терминов работает как инструмент описания и изучения разнообразных предметов исследования. Возможность говорить о локальных пространствах смысла с позиций АСТ открывает новые перспективы для переформулирования актуальных философских вопросов, связанных с развитием научных и философских представлений о природе социального, с философией науки в целом.

          По итогам проведенного исследования можно сформулировать следующие выводы.

1.     Сеть Бруно Латура представляет собой динамическое процессуальное образование, возникающее и меняющееся вместе с действиями, решениями, взаимодействиями и ассоциациями акторов.

2.     Сеть М.Кастельса – это значительно  более вещественное нечто, своеобразная инфраструктура для передачи сообщений между акторами. В узлах сети происходит обработка передаваемой информации.

3.     Актор  М.Кастельса – это субъект действия, и, что очень важно,  это человек или группа людей. Актор Бруно Латура – это более сложный конструкт, который может выглядеть и как «не–человек», и как гибрид человека и вещей.

4.     Явное различие в ракурсах исследования сетей и акторов в концептуальных построениях Бруно Латура и М Кастельса в достаточной мере подтверждает ключевую идею АСТ: отслеживание действий и решений каждого актора, в результате которых устанавливаются ассоциации, – это путь к пониманию того, как именно осуществляется сборка, как возникает социальное в каждом конкретном случае. Идея акторного моделирования социальных процессов, развиваемая Б.Латуром, чрезвычайно близка представлениям о локальных пространствах смысла –  ключевого конструкта, с помощью которого Л.Н.Богатая формирует модель многомерного мышления. Соотнесение двух отмеченных подходов позволяет более глубоко понять  особенности локально-акторного конструирования.



Список литературы

1.       Богатая Л. Н. На пути к многомерному мышлению  / Лидия Николаевна Богатая. – Одесса: Печатный дом, 2010. – 372 с.

2.     Кастельс M. Власть коммуникации / М. Кастельс ; пер. с англ. H. М. Тылевич ; под науч. ред. А. И. Черных; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2016. – 564 с.

3.     Латур Б. Пересборка социального / Бруно Латур. – Москва: Издательский дом Высшей Школы Экономики, 2014. – 384 с.

4.     Cvetinovic M. Decoding urban development dynamics through actor-network methodological approach / Nedovic-Budic Zorica, Jean-Claude Bolay, Cvetinovic Marija. // Geoforum. – 2017. – №82. – С. 141–157.

5.     Latour B. We have never been modern / Bruno Latour. – Cambridge, Massachusetts: Harvard Unicersity Press, 1993. – 157 с.


Комментариев нет: